українською мовоюРосійською мовоюАнглійською мовою
Обговорюємо книгу
Державна бібліотека України для юнацтва: фахівцеві
Читання
Мені є що сказати! (творчість)
Щоб пам'ятати: історія України
Здоровий спосіб життя
Суспільство
Відкриття
Інформаційна культура
Нетикет: культура мережевого спілкування

Встанови наш банер!
 Державна бібліотека України для юнацтва

<a href="http://www.4uth.gov.ua/" target="_blank"><img src =”http://www.4uth.gov.ua
/images/4uth_gif.gif” alt="Державна бібліотека України для юнацтва" width="88" height="31" border="0"></a>

 

 

Володимир Семенякін

Семенякін Володимир Сергійович, народився 8 лютого 1990 року в м. Запоріжжя. Навчався в школах Кривого Рогу (3 роки), Києва (2 роки), Москви (2 роки), Дніпропетровська (2 роки). Зараз мешкає в Києві, де закінчує “Голосіївський” ліцей.  Готується до вступу до Київського  Політехнічного інституту, але одночасно бачить  своїм життєвим приорітетом роботу письменника і сценариста (хоче отримати і другу освіту).

Серйозно почав писати в Москві в 2004-м. У січні цього року у нього з’явилась перша публікація – дитяча казка “Про Ослика” в обласному альманасі “Крила наших душ”. Ця публікація була наслідком 6 місця в обласній Малій Академії Наук (секція “Літературна творчість”).
Отримав перше місце в загальношкільному конкурсі прозаїків, присвяченій 60-літтю Перемоги за оповідання “Десять кроків перемоги” (щоденник військового) в 2005 р., грамоти обласних смотрів юних талантів.
Мріє стати письменником і присвятити своє життя літературі.

Авторські права захищені!

 
 

Уснувшей музыкальной школе

Уснули звуки, но не навсегда!
Им завтра суждено опять проснуться.
Проснуться, хлынуть сквозь года,
К истокам древней классики вернуться.

Неверными шагами на гранит
Науки ступят звуки пианино.
Ведь через терни к звездам путь лежит,
Ведь ошибаться для начало допустимо.

Зеленым бархатом по струнам застучат
Владельцы звуков – братья-молоточки,
И задрожавши, струны зазвучат,
Польются ноты, складываясь в строчки.

Но все то завтра, завтра, а сейчас,
Уснули звуки, крылья опустили.
И в окнах школьных яркий свет погас,
Рояль, как лошадь, бурым бархатом покрыли.

Фонарный желтый льется свет сюда
Сквозь окна тускло и тоскливо.
Лишь где-то тихо-тихо капает вода,
Лишь тихо звуки воскрешает пианино.

23.09.05
г. Днепропетровск

***

Разрезать небо на части,
Просунуть сквозь клочья ручищи –
Вот познание счастья,
Вот как мы истину ищем.

Все поголовно барьеры
Света и звука разрушив,
Миры и планеты – в карьеры
Расквасим, свой молот обрушив!

Запрягши силы стихии,
Влачим свой век одинокий.
Все, кроме нас – плохие!
Вот наш взгляд однобокий.

Разрезать небо на части,
Сунуть сквозь дырку ручищи,
Не ожидая ненастья,
Братьев по разуму ищем…

09.07.06

***

Вечный бег
И не минуты покоя
Человек
Существо такого покроя
Черновик
Жизнь-черновик слагая
Ученик
Уверен - чудес не бывает

Бьют часы и трутся стрелки
Оставляя на побелке
Чёрной вязью средь снегов
Первый след людских шагов

Странный сон
Дымом табачным вьётся
В унисон
Сердце со стуком бьётся
Стук колёс
Лес за окном мелькает
Папирос
Запах в вагоне витает

Бьют часы и трутся стрелки
Кастаньеты – дождик мелкий
Пальцем, вымазанным в слёзы
Он в стекло втирает грёзы

В суете
Прошлое забываем
Пустоте
Дружбу, любовь оставляем
Марафон
Жизнь напоминает
Телефон
Нынче родню заменяет

Бьют часы и трутся стрелки
Шестерёнки, люди-белки
Поодаль и всё не вместе
(Тресте, невесте, тесте, )
Как бегут, да всё на месте

14.03.2007

 Про любовь…

В тот день взошло солнце
Но нет
Не тот небесный жёлтый глаз,
Что каждый день глядит на нас
Свет

Неся на землю, и тепло
Ответ
Просило дать в день изо дня
«Ну что же, любишь ты меня
Иль нет»

Вопрос был вроде прост,
Хотя
Ответ дрожал уж на устах
Сказать его на двух словах
Нельзя

Никак нельзя сказать, рукой глаза
Прикрыть
«Конечно, я тебя люблю,
К тебе, как в море к кораблю
Плыть

Готов, как пассажир, упавший
За борт
И в мире есть лишь ты одна,
Как в жизнь бывает та весна
Как в порт,

В которую плывёшь всю жизнь»
Но вдруг
(Возможно завтра, через год)
Событий тех водоворот
Тот круг

Что рвёт надежды, рвёт мечты
Как смерч
Он сносит счастье ярких встреч
И добрые слова, как в печь
Он сжечь

Хотел бы, если б мог, но он
Он слаб
Тот ветер перемен, он мог
Сбить в разговоре чёткий слог
Не раб

Ему, кто кого-то в мире любит.
Но всё ж
Иногда, когда готов уж жить
Когда ты счастлив, он вонзить
Свой нож

Готов По-подлому, исподтишка
Любовь
Даёт нам счастье, тихий сон
Но может быть разрушен он
И кров.

Прольется красною рекой
Ведь мы
Лишь люди, мы же без смертей
Любовь…Мы не поверим ей!
Войны…
Лишь смерть
Может стереть
Кровная месть
Страшная лесть
Грусная весть
Снова и вновь
Лишь только они
Могут родить
Любовь
Глупый обман
Сладкий дурман
Пьяная ночь
Внебрачная дочь
В наших стихах
Как в потрохах
Могут родить
Любовь
Любовь – это мир
Не тот самый пир
Во время чумы

Стихи – болтовня!
Взять бы огня –
Переделать людей…

В тот день взошло солнце,
Но нет
Не тот желтый небесный глаз ,
Что каждый день глядит на нас
Неся тепло и свет
То был кусок, обрывок фраз
То был безлюдный школьный класс
То был любви рассвет.

13.03.06


 

Прийшов час дощів 

Звуки арфи... Слухайте, слухайте ж їх!
Десятиліття посухи скінчилися.
Прийшов час дощів.
Рей Бредбері

Цього літа ми були у Болгарії. У містечку під назвою Созопіль. Воно затишно розташувалося у невеличкій бухті. Пять днів було дуже спекотно. І ось на шостий день нашого перебування у Болгарії вечір вибухнув грандіозною бурею.
Весь вечір, починаючи десь з п?ятої, небо блискало, неначе поламана лампочка придорожнього ліхтаря. Але ніхто не звертав на це уваги. Тільки коли дмухнув сильний вітер, ми зрозуміли, що потрібно поспішати додому.
А буря розгорялася! Повітря наповнилося білим коламуттям з водяної пари та пилюки. І в цей час блимаючі блискавки засяяли майже буззупинно.
Вулиця почала рухатися хуткіше. Люди майже зривалися на біг. І ось новий порив вітру, що здмухнув листя з верхівок дерев, ніби штовхонув у спину людей, почав паніку.
Цікаво те, що сильного дощу не було (його взагалі не було), але всі були мокрі до цюрки. І ось коли ми були майже вдома, буря повноцінно вступила в свої права. За вікнами гуло, неначе сотні труб злилися у єдиній мелодії дощу. Неба забарвилося у темно-сірі кольори, перетворюючи вечір у темну ніч. Воно вкрилося жовто-червоним мереживом блисковок. Це мереживо висвітлювало величезні вали, що котилися з моря й падали, неначе лавина, на пісок, розбиваючись на тисячі мерехтливих самоцвітів. А в цей час дощ закручувало у шаленій круговерті. Вітер кидав його під різними кутами, робив з нього арки. Картину доповнювало жовте око созопільського маяка, що стояв на острові неподалік від міста. Його світла іскорка серед цього буремного мороку наводила мене на одну думку. Так сходяться людина та стихія.


Нахлебники

– Как думаешь, они нам обрадуются?
– Не знаю… Да, наверное. Они всегда искали братьев по разуму. А тем более в такой тяжелый момент жизни им нужна помощь.
Белый диск летающего блюдца, помигивая, словно дискотечный шар, разнообразными огнями и окнами, повис над серой, истерзанной взрывами землей. От безжизненной поверхности поднимался зеленоватый пар и жесткая радиация. Корабль инопланетян, повисев чуть-чуть, рванулся с места. Он летел над высохшими, словно жилы мертвеца, реками, над сгоревшими спичками деревьев, над безрадостными, зараженными радиацией полями. Перед глазами нежданных гостей расстелилась третья планета системы Солнца, Земля, планета, на которой восьмой день шла Война…

                       *                                 *                                 *

– Никого… Странно, город вроде бы цел, а людей нет.
– Да… А радиация не регистрируется.
Сергей и Дмитрий оглянулись на огромный диск «Протуберанца Антареса».
– Эй, Михаил, как дела? Есть кто-нибудь?
– Никого… Хотя, нет! Вот, только что… Да! – Миша коснулся пульта длинным зеленым пальцем. – В двадцати кварталах отсюда. Человек тридцати пяти лет. Мужчина.
– Хорошо! Эй, Билл, вылезай оттуда.
Билл, молодой геолог, с восхищением цокая языком, отсекал кусок камня в подвале ближайшего дома.
– Билл! Мы сюда прилетели не разбирать Землю на части, а наоборот, ремонтировать и очищать ее…

                       *                                 *                                 *

… Смит, экзобиолог, тихо постучал в деревянную, обугленную и оплеванную дверь. За этой непрочной перегородкой что-то зашуршало, потом звякнула сталь.
– Кто там?!. – прохрипел голос за дверью. – Не рыпаться, я вооружен!
Смит спокойным голосом проговорил: «Откройте, пожалуйста, мы не причиним вам вреда».
– Я спрашиваю по-хорошему, – голос стал грубее, – кто вы?!
Смит пожал плечами: «Мы пришли с миром, откройте. Мы прибыли из другой звездной системы».
Дверь щелкнула замком. Потом, заскрипев на петлях, отворилась. На пороге появился человек. Билл охнул, Сергей и Дмитрий вздрогнули, и даже готовый к любым ужасам Смит нервно сглотнул. Опираясь на косяк двери, перед ними стояло существо, похожее на куклу, что попала в руки злого шутника. Этот человек был пародией, карикатурой. Из-под зарослей на лице яростно светился мутноватый глаз, потрескавшиеся губы кривились в постоянной гримасе боли, на левой руке недоставало двух пальцев, на правой – одного. На красное, словно покрытое язвами тело, были надета свежая, праздничная когда-то рубаха и изодранные брюки.
Инопланетяне на короткое время потеряли дар речи. А землянин, открывший им, нет. Его уже ничто не могло удивить.
– Вы что, мутанты?.. – презрительно спросил он, наведя на них дуло автомата. – Если мутанты – идите отсюда, поесть у меня ничего нет.
К Смиту вернулся голос.
– Мы не мутанты, мы пришельцы с другой планеты.
По комнате разнесся страшный, вызывающий тоску звук. Человек смеялся.
– Ну да, а я – президент Америки! – Землянин снова поднял автомат. – Ладно, посмеялись, и будет. А теперь – валите отсюда. С некоторых пор я никому не верю.
Смит вздохнул.
– Вам привести доказательства?..
– Ну, валяйте… – Усмехнулся собеседник. – Только без шуток!..
В воздухе поплыл слащавый аромат, из грязного бетонного пола потянулись розы и саженцы травы. Через две минуты грязный подъезд превратился в цветущую поляну.
– Хм… Вы здорово внушаете. Фокусники… – Землянин зло сплюнул. Я такое видел… Помню, в две тысячи десятом на нас испытывали… Мир в цветах…
Билл переглянулся с Димой.
– Ладно, попробуем иначе. – В тот же момент одна из стен разлетелась вдребезги, брызнула заржавевшей арматурой и бетонным крошевом. Пол мелко завибрировал, дверь вспыхнула, петли окрасились в ярко-вишневые краски и стекли, обдавая все вокруг нестерпимым жаром.
Целый глаз человека вспыхнул.
– Это вы! Вы прилетели! – Он вскинул «Калашников» и спустил крючок. Смит рванулся с места, но тут же упал, получив пулю в бок. Автомат вылетел из рук землянина, сам стрелок замер.
– За что?!. – Воскликнул Билл. – Мы пришли помочь…
– Инопланетяне – и помочь?! – Человек отчаянно сопротивлялся путам, окутавшим его. – Смешно…

                       *                                 *                                 *

Через десять минут землянин успокоился. Измученный, потный, он бессильно повис на невидимых путах. А потом начал ругаться. Ругательств он знал немного, и поэтому вскоре замолчал.
– Все, давайте. – Отрешенно сказал он.
– Что – «давайте»? Спросил Смит. Он только недавно пришел в себя, хотя все еще болезненно морщился, когда приходилось двигаться.
– Ну, убивайте! Прикончите меня. Чего мучаете? Или вы используете людей для еды?..
– Для еды?.. – Билл рассмеялся. – Жаль, что я не учил психологию людей. Наверное, интересная наука.
– Интересная, но сложная. – Произнес Смит, держась за бок. – Получить невзначай можно. К тому же действия людей не могут предсказать даже лучшие галактические психологи. Но я сам виноват. Слишком быстро начал. Забыл первую аксиому…
Человек немного успокоился и, видимо, понял, что есть его не собираются.
– А что за аксиома?
– Она гласит: «При первом ты – лишь житель планеты-контактера».
– Так у вас есть целая теория контактов?..
– Теория… – Смит усмехнулся. – Наука! Целая наука со сроком обучения десять лет и сложнейшими экзаменами. Конкретно на вашей планете весь этот срок изучается Земля и земляне.
– А почему именно Земля? – Спросил Филипп (так звали землянина).
– Чтобы понять ответ на этот вопрос, надо закончить первые два курса «Психологии контактов». Хотя можно просто родиться на нашей планете… Извините…– Смит перебил сам себя. – Филипп, можете рассказать, почему началась Война?
– Вы хорошо знаете историю Земли?..
– Вроде, да…
– Тогда вы должны меня узнать. Я – Президент Соединенных Штатов Америки.
Смит опешил. Дмитрий недоверчиво посмотрел на собеседника. Терраархеолог Билл, рассмеявшись, сказал:
– Не может быть! Джон-Вертекс-младший?! У Вас не его лицо! Вы лет на десять старше. Даже глаза…
Билл вгляделся в лицо землянина.
– Даже глаза… – Терраархеолог заколебался. – Н-невозможно!.. Но все-таки это правда! Он – действительно последний Президент Америки. – Сказал Билл, обернувшись к друзьям.
– Да… – Человек грустно усмехнулся. – Война – страшный скульптор.
На миг в комнате повисла напряженная тишина. Потом Джон сказал:
– Может, уберете свои путы?
– Ой, извините! – Спохватился Билл. – Я просто забыл.
Землянин обреченно потер затекшие руки:
– А можно мне вопрос задать?
– Конечно, задавайте.
– Почему у вас наши имена? Почему вы избрали для исследований именно Землю? И наконец, в чем вообще заключаются эти исследования?
Пришельцы переглянулись. Потом Стивен вздохнул и начал:
– Хорошо, сейчас мы Вам расскажем про Учение Ошибок. Триста лет назад, после Великой Войны, в которой сгорели сотни планет, был создан Совет на планете Фандомиус, что обращается вокруг Веги. Совет вошел в историю, как Совет Спасения. Там было решено ради благополучия Галактики создать новую систему цивилизаций-учителей.
– Как это? – подозрительно сощурив глаза, спросил землянин.
– Ну…– Смит выдохнул. – Ну, это… в общем… когда цивилизация развивается своим чередом, а мы наблюдаем за их действиями, за их ошибками, и пытаемся не допустить таких ошибок у нас. Таким образом…
– Наблюдаете, значит! – громко выкрикнул человек. – Как не надо делать!.. Значит война для вас – подарок. Отлично, еще один урок! Вы просто нахлебничаете на нашем горе! Вы знали, что назревало в мире, и не пришли, не остановили назревающий ужас!..
– Нет, не знали…
– Плохо же вы свою работу выполняете. На войнах учитесь, а структуру военного тоталитаризма не знаете. А я все-таки преподам вам этот урок. Я коротко скажу. Когда фраза «Президент может прийти из черни» приобретает обратный смысл, страна погружается во тьму. Крайняя форма демократии – анархия. – Вертекс-младший помолчал. – Перед смертью моя страна достигла своего идеала. Полная свобода. Руководитель живет, как все люди, понимая всю тяжесть бедности. Свобода слова. Свобода собраний. Свобода действий. Сплошная свобода… – Президент горько усмехнулся. – А на фоне свободы, за ее пестрыми кулисами, вырастала черная, с погонами на плечах и автоматом в руке, тень. Военные, ощутив невиданную свободу, принялись опустошать казну. Президент стал лишь пешкой в их руках. Американцы с радостью платили все возрастающие налоги. А как не платить! Ведь вокруг враги! Со всех плакатов, телеэкранов, страниц газет грозит кулаком невидимый подлый враг. Острый запах денег еще больше опьянил умы военных инженеров. Сон разума рождал чудовищ… В две тысячи восьмом году на военной базе «Призрак» была разработана новая технология получения антивещества. Казалось бы, сбылась мечта людей об абсолютном топливе. Если бы не маленькое «но». На второй день после революционного открытия в лаборатории «совершенно случайно» произошел взрыв крупной дозы антивещества. Огонь, смерти, развалины. Черная пятисоткилометровая язва на теле Земли. Тысячи погибших. Военных среди них почти не было – странно, правда? Антивещество – гуманное оружие. Те, кто погиб, сгорали без следа, радиации не оставалось. Чертежи реактора сгорели, ученые также погибли. Только вот на конвейеры военных заводов встали авиационные ракеты с убойной силой атомной бомбы. Оригинальное испытание оружия, не так ли? Интересная история… Или вот две тысячи десятый год. Вы все еще слушаете?..
– Хватит, мы все поняли… – на глазах Билла были слезы.
– Нет, вы послушайте. В две тысячи десятом году военные дорвались до секрета человеческого разума. И восьмого января из снега выросли цветы, стены домов покрылись зеленым плющом, снег растаял. Людям стало радостно и свободно. Все было бы ничего, если бы не тот факт, что под действием «зеленой волны» люди за три минуты сходят с ума. Вашингтон облучали три с половиной минуты. Когда все вернулось на свои места, когда лица снова обжег мороз, улица была полна плачущими, стоящими на четвереньках и воющими словно звери людьми… или уже не людьми… И знаете, добросердечные друзья мои, через неделю министр обороны, поблескивая жирком на лице и тряся подбородками, радостно сообщил, что благодаря психологическому оружию нового поколения оборона страны стала доскональной. А испытания были объявлены трагической ошибкой, виновные, естественно, понесли заслуженное наказание… Вы не думайте, люди не сдались. Они вышли на улицу и потребовали смены власти. И тогда по ним ударили «зеленой волной». Психбольницы ломились от клиентов. За две недели массовых выступлений с ума сошли пятьдесят шесть миллионов людей. Радостно, правда?!. А вы сидели на своей чистой, благополучной планетке и аккуратно конспектировали: «Ни-ког-да не де-лай-те так!..» Вы никогда не подыхали в грязи от новейших бактерий, никогда не бежали от пуль, не катались по земле, воя, в горячих объятиях напалма. Вы просто трусы. «Учись на чужих ошибках!» Да… Отличненько…
– Хватит! – Билл вытер слезы. – Мы не правы. Мы ошибались… Мы не могли…
– Хорошее оправдание. – Землянин презрительно сплюнул. – Мы не могли… А знаете…
– Но мы в самом деле не могли. – У Стива дрожал голос. – Законом запрещено…
– Ах, законом запрещено!.. – Глухо сказал Джон. – А совестью?!.
– Мы вам готовы помочь. – Воодушевился Билл. – Вашим героям поставлены памятники в красивейших городах Галактики. Мы окажем вам лучшую гуманитарную помощь, мы…
– Земля вас возненавидит. – Убежденно сказал Вертекс-младший. – Лучше улетайте по добру по здорову. Человечество преодолеет эту черную полосу времени… Людям не пришел конец.
– Но с нашей помощью будет легче…
– Нет… С вашей помощью будет унизительнее…

*          *          *

Космический корабль легко выскочил из облаков умирающей планеты. Его провожали кровавые вспышки ядерных грибов. Человечество билось в агонии. Из космоса Биллу была отлично видна не спасенная ими Земля. Он видел серый кратер на месте Кореи, черные подтеки радиоактивной грязи в Атлантическом океане, пылающий пятнистый ковер на месте некогда прекрасной благополучной Европы… Билл глотая горькие слезы, терся головой о гладкую прохладу иллюминатора. «Нахлебники… Нахлебники… Трусы!» – шептал он. Билл почувствовал чью-то руку на плече. Он резко обернулся. «Дружище, все хорошо…» – сказал Стивен. Терраархеолог не выдержал:
– Все хорошо, да?! Стивен, целая планета, понимаешь?! Целая планета! Мы могли помочь! Да, Стив, могли. А… Что говорить… Слишком поздно. – Он махнул рукой и продолжил, чуть помолчав. – Они тоже люди. Не мыши подопытные, не муравьи – люди! Со своими чувствами и желаниями. А мы нашли в них козлов отпущения. Нельзя так, Стивен, нельзя!
– Билл, поверь, мне самому тяжело, но мы должны взять себя в руки…
Инопланетный корабль развил третью космическую и, прорвавшись сквозь пояс Койпера, ринулся к звездам. Билл глянул в иллюминатор и прошептал старую, выученную им когда-то земную мудрость: «Per aspera ad astra… Через терни к звездам…»

*          *          *

Из доклада от третьего числа тринадцатого месяца 17365 года.
Генеральному руководителю
Межпланетного осведомления
Карастену Тессму

В результате проведенного расследования, уведомляю Вас, что член экипажа межпланетного эсминца класса «Осведомитель» №273 девятого числа третьего месяца сего года совершил запрещенное действие. Тетраархеолог вышеуказанного корабля Билл Кэрролл, возвращаясь с уведомительной операции на планеты Земля, на полпути поднял бунт и захвалил корабль. Остальной экипаж был выброшен им в аварийном режиме на интеркапсуле. После чего он изменил курс корабля и направился к изучаемой планете Корона в созвездии Лебедя. Нарушив положения Междупланетного Закона Контактов, он вступил в общение с руководителем одной из стран. Результатом общения стал Договор о взаимопомощи. В течение трех планетарных дней планеты Корона тетраархеолог Билл Кэрролл передал населению планеты чертежи нескольких технических устройств двойного применения, а также технологические описания к ним. Через пять месяцев военные ученые вышеуказанной планеты создали на основе переданных технологий оружие, после чего немедленно была развязана война. В результате военных действий тетраархеолог Билл Кэрролл погиб.
Прошу Вас с целью недопущения подобных инцидентов в дальнейшем, на основе настоящего рапорта и моего детального отчета (прилагается) поставить перед Советом вопрос о внесении соответствующих поправок в Кодекс осведомительных групп, а также соответствующих изменений в методику психокондиционирования членов их экипажей.

Искренне Ваш, Стивен Черчель

                                                                      Днепропетровск, 30.12.05 – 28.02.06 г.

 

   
Останнє поновлення:
13.01.2017 9:25

????? ??????????????????????? ????????

Copyright © 2002-2017. Державна бібліотека України для юнацтва

  Настоящий ПР 4uth.gov.ua Цена 4uth.gov.uaЯндекс цитирования Яндекс.МетрикаRated by PING